Народ, собравшись на Примроз-Гиль, чтоб посадить дерево в память threecentenari, [трехсотлетия (англ.).] остался там, чтоб поговорить о скоропостижном отъезде Гарибальди. Полиция
разогнала народ. Пятьдесят тысяч человек (по полицейскому рапорту) послушались тридцати полицейских и, из глубокого уважения к законности, вполовину сгубили великое право сходов под чистым небом и во всяком случае поддержали беззаконное вмешательство власти.
Граф приехал сильно пьяный. Бегушев все-таки велел его позвать к себе и стал расспрашивать. Граф и рассказать хорошенько не мог: болтал, что похороны были великолепные, что полиция палками
разгоняла народ, — такое множество набралось, — и что все это, по его соображению, были раскольники.
Неточные совпадения
— Даже городовые сомневаются. Вчера, слышь,
народ в Грузинах
разгоняли, опять дрались, били городовых-то. У Нижегородского вокзала тоже! Эхма…
То бранится, то щедро на водку сулит, но ухарский лихач, сколько ему ни усердствует,
разгонять иноходца больше не может — не ломать же возá, не давить же
народ — недаром, нагайки подняв, шажком разъезжают по мосту взад и вперед казаки.
На Иргизе, когда монастыри отбирали, хоть народное собранье было, не хотел тогда
народ часовен отдавать — водой на морозе из пожарных труб людей-то тогда
разгоняли…
Отец сам рассказал нам, смеясь, эту историю и прибавил, что верят этому только дураки, так как это просто старая сказка; но простой, темный
народ верил, и кое — где уже полиция
разгоняла толпы, собиравшиеся по слухам, что к ним ведут «рогатого попа». На кухне у нас следили за поповским маршрутом: передавали совершенно точно, что поп побывал уже в Петербурге, в Москве, в Киеве, даже в Бердичеве и что теперь его ведут к нам…
А барыня ихняя не взаправду была барыня, а Немцова, слышь, жена управителя. И слух был про нее такой, что эку бабу охаверную да наругательницу днем с огнем поищи — не сыщешь.
Разогнала она
народ весь, кормить не кормит, а работы до истомы всякой — с утра раннего до вечера позднего рук не покладывай: известно, не свои животы, а господские!
Чтобы
разогнать толпу, генерал уговаривал Евгения Константиныча выйти на балкон, но и эта крайняя мера не приносила результатов: когда барин показывался, подымалось тысячеголосое «ура», летели шапки в воздух, а
народ все-таки не расходился по домам.
Осмотрев, я долго ходил вокруг сгоревшего здания, где все время толпился
народ, хотя его все время
разгоняли два полицейских сторожа.
— Был, сударыня, был-с! — продолжает он с увлечением и вытягиваясь во весь рост. — Встречали-с! Провожали-с! Шагу по улице не делал, чтобы квартальный впереди
народ не разгонял-с! Без стерляжьей ухи за стол не саживался-с! А что насчет этих помпадурш-с…
Так что, когда купец
разогнал весь
народ, он подошел к отцу Сергию и, став без всяких приготовлений на колени, громким голосом сказал...
И неужели это будет отрицание народного достоинства, нелюбовь к родине, если благородный человек расскажет, как благочестивый
народ разгоняют от святых икон, которым он искренне верует и поклоняется, для того, чтобы очистить место для генеральши Дарьи Михайловны, небрежно говорящей, что c'est joli; или как полуграмотный писарь глумится над простодушной верой старика, уверяя, что «простой человек, окроме как своего невежества, натурального естества ни в жизнь произойти не в силах»; или как у истомленных, умирающих от жажды странниц отнимают ото рта воду, чтобы поставить серебряный самовар Ивана Онуфрича Хрептюгина.
— Позвольте, вы ведь не урядник, не староста, — разве это ваше дело
народ разгонять?
Разгоняю я
народ, а на берегу на песочке утоплый труп мертвого человека.
— Вы, ваше высокородие, изволите говорить, не мое это дело
народ разгонять…
Вся набережная была до такой степени полна
народа, что полиция должна была
разгонять его для проезда экипажей.
Разогнать никого не беда, а особенно жидов, потому что это такой
народ, который самыми высшими судьбами обречен на «рассеяние».
И стоит только вам, правительственным людям, на минуту отвести внимание от той острой борьбы, которой вы сейчас заняты, — перестать наивно думать то, что выражено в недавнем циркуляре министра внутренних дел — что если полиция будет вовремя
разгонять толпу и вовремя стрелять в нее, то все будет тихо и спокойно, — стоит вам только перестать верить этому, чтобы ясно увидать ту причину, которая производит неудовольствие в
народе и выражается волнениями, принимающими все более и более широкие и глубокие размеры.